Выявлено: королева лоббировала изменения в законе, чтобы скрыть свое личное богатство

Как следует из служебных записок правительства, частный адвокат Элизабет оказал давление на министров Эдварда Хита, чтобы те изменили закон, который раскрыл бы ее пакеты акций общественности.



Монарх направил частного поверенного, чтобы добиться освобождения от закона о прозрачности.
Согласно документам, королева успешно лоббировала в правительстве изменение законопроекта, чтобы скрыть от общественности ее «смущающее» личное состояние.

Ряд правительственных служебных записок, обнаруженных в Национальном архиве, показывает, что частный адвокат Элизабет Виндзор оказал давление на министров, чтобы они изменили предложенный закон, чтобы предотвратить раскрытие ее пакета акций общественности.

После вмешательства королевы правительство включило в закон пункт, дающий себе право освобождать компании, используемые «главами государств», от новых мер прозрачности.

Схема, придуманная в 1970-х годах, фактически использовалась для создания поддерживаемой государством подставной корпорации, которая, как считается, окутывала завесу тайны над частными пакетами акций и инвестициями королевы как минимум до 2011 года.

Истинный масштаб ее богатства никогда не разглашается, хотя, по оценкам, он исчисляется сотнями миллионов фунтов стерлингов.

Масштабы богатства королевы Елизаветы никогда не разглашались, но она опасалась, что законопроект 1973 года позволит общественности тщательно изучить ее финансы.

Доказательства лоббирования со стороны монарха министров были обнаружены в ходе расследования Guardian использования королевской семьей таинственной парламентской процедуры, известной как согласие королевы, для тайного влияния на формирование британских законов.

В отличие от более известной процедуры королевского согласия, формальности, которая знаменует момент, когда законопроект становится законом, согласие королевы необходимо получить до того, как закон может быть одобрен парламентом.

Он требует, чтобы министры предупреждали королеву, когда законодательство может повлиять либо на королевскую прерогативу, либо на частные интересы короны.

Вебсайт королевской семьи описывает это как «давно установившуюся конвенцию», и ученые-конституционалисты склонны рассматривать согласие как непрозрачный, но безобидный пример зрелища, которое окружает монархию.

Но документы, обнаруженные в Национальном архиве, которые Guardian публикует на этой неделе, предполагают, что процесс согласия, который дает королеве и ее адвокатам возможность заблаговременно увидеть законопроекты, поступающие в парламент, позволил ей тайно лоббировать законодательные изменения.

Томас Адамс, специалист по конституционному праву Оксфордского университета, который изучал новые документы, сказал, что они выявили «такое влияние на законодательство, о котором лоббисты могут только мечтать». По его словам, простое существование процедуры согласия дало монарху «существенное влияние» на законопроекты, которые могли повлиять на нее.

"Раскрытие информации было бы неприятным". В документах говорится, что в ноябре 1973 года королева опасалась, что предложенный законопроект, призванный обеспечить прозрачность пакетов акций компании, позволит общественности тщательно контролировать ее финансы. В результате она направила своего частного адвоката, чтобы заставить правительство внести изменения.

Мэтью Фаррер, в то время партнер престижной юридической фирмы Farrer & Co, посетил государственных служащих тогдашнего Министерства торговли и промышленности, чтобы обсудить предложенные меры прозрачности в законопроекте о компаниях, который был разработан правительством Эдварда Хита.
Законопроект был направлен на то, чтобы помешать инвесторам тайно наращивать значительные доли в листинговых компаниях (акционерная компания открытого типа, акции которой торгуются на фондовой бирже. Listed company), приобретая их акции через подставные компании или номинальных держателей. Таким образом, он будет включать пункт, предоставляющий директорам право требовать, чтобы любые номинальные держатели акций их компании раскрывали, если их спросят, личности своих клиентов.
Три важные страницы переписки между государственными служащими торгового отдела показывают, как на этой встрече Фаррер изложила возражение королевы о том, что закон раскроет ее частные инвестиции в листинговые компании, а также их стоимость. Он предложил освободить монарха.

«Я разговаривал с мистером Фаррером», - написал 9 ноября государственный служащий по имени К.М. Друккер. «Как я напомнил, он - или, скорее, я думаю, его клиенты - озабочены риском раскрытия информации директорам компании не меньше, чем акционерам и широкой общественности.

«Он оправдывает это не только из-за риска непреднамеренной или неосмотрительной утечки информации другим людям, - продолжил Друккер, - но в основном потому, что раскрытие информации любому человеку было бы нежелательно».

После того, как ему сообщили, что исключение только короны из законодательства будет означать, что очевидно, что любые пакеты акций, столь анонимные, являются собственностью королевы, Фаррер, как говорится в переписке, «несколько испугался, подчеркнул, что проблема воспринимается очень серьезно, и высказался, что мы поставили их в затруднительное положение и поэтому должны найти выход».

Друккер продолжил: «Ему не нравились какие-либо предположения о том, что, например, кто-то будет знать о землях, находящейся в собственности. Он также не видел, что проблема может быть решена путем отказа от холдингов в конкретных компаниях. Это было знание как таковое, вызывающее возражения».

После того, как Фаррер сообщил, что «теперь он должен получить инструкции» от своего клиента, Друккер посоветовал своему коллеге: «Я думаю, что сейчас мы должны сделать то, что вы предложили нам в конечном итоге сделать - предупредить министров».

Три дня спустя другой государственный служащий, К.В. Робертс, резюмировал проблему во второй служебной записке.

«Г-н Фаррер был обеспокоен не только тем, что информация об акциях, принадлежащих королеве, и сделках с ними, может стать достоянием общественности (поскольку она появится в реестре компании) и, таким образом, станет предметом возможных споров», - написал Робертс.

Гражданство Евросоюза Хотите получить гражданство Евросоюза?
Позвоните или напишите нам - наш специалист по получению гражданства проконсультирует вас по всем аспектам получения европейского гражданства. Анонимно, бесплатно, профессионально.



«Он считает любое раскрытие короной бенефициарного владения акциями, даже если оно ограничено директорами компании, потенциально неудобным из-за риска утечки информации».

Он продолжил: «Г-н Фаррер принял приглашение обсудить с нами этот вопрос, но сказал, что не сможет сделать это в течение нескольких дней, пока не получит указаний от своих руководителей».

Положение о секретности

К следующему месяцу правительство Хита разработало гениальное предложение, с помощью которого дилемма королевы могла быть разрешена.

С помощью Банка Англии мой департамент разработал следующие решения, которые будут включены в законопроект», - написал министр торговли от консерваторов Джеффри Хау своему коллеге-министру.

Хау предложил, чтобы правительство включило в законопроект новый пункт, дающий правительству право освобождать определенные компании от требования раскрывать личности своих акционеров.

Официально это изменение пойдет на пользу множеству богатых инвесторов. «Такой класс можно в целом определить, чтобы охватить, скажем, глав государств, правительств, центральные денежно-кредитные органы, инвестиционные советы и международные органы, сформированные правительствами», - продолжил Хау.
Однако на практике предполагаемым бенефициаром соглашения явно была королева. Правительство намеревалось создать подставную компанию, через которую ряд этих инвесторов мог бы владеть акциями. Это означало, что любой любопытный представитель общественности не смог бы точно определить, какие из акций, принадлежащих компании, принадлежали монарху.

«Мой отдел обсудил это решение с юрисконсультами королевы», - отметил Хау. «Хотя они, конечно, не могут взять на себя обязательство использовать предложенную новую установку, они признают, что это вполне разумное решение проблемы, с которой они сталкиваются, и что они не могут просить нас сделать больше. Поэтому я принимаю меры, чтобы необходимые положения были включены в законопроект».

Пройдет три года, прежде чем законопроект и его положение о секретности вступят в силу. В феврале 1974 года Хит объявил всеобщие выборы, в результате чего все законодательные акты, проходившие через парламент, были отклонены.

Однако это предложение было реанимировано последующим лейбористским правительством при Гарольде Вильсоне и стало законом в 1976 году, причем большая часть первоначального законопроекта была просто скопирована во второе издание.

Исключение было почти немедленно предоставлено недавно созданной компании под названием Bank of England Nominees Limited, управляемой высокопоставленными лицами в Банке Англии, которая ранее была определена как возможное средство, через которое королева владела акциями.

Согласно книге 1989 года журналиста Эндрю Мортона, акции, которые, как считается, принадлежали королеве, были переданы компании в апреле 1977 года.

Считается, что исключение помогло скрыть личное состояние королевы по крайней мере до 2011 года, когда правительство раскрыло, что номинальные держатели Банка Англии больше не подпадают под действие этого правила.

Четыре года назад компания закрылась. Что именно произошло с акциями, которыми он владел от имени других, неясно. Как бездействующая компания, она никогда не составляла публичную отчетность с подробным описанием своей деятельности.

Использование согласия королевы обычно записывается в Hansard, официальном протоколе парламентских дебатов, перед третьим чтением законопроекта. Однако в протоколе не фигурирует уведомление о согласии на законопроект 1976 года, возможно потому, что он запрашивался только для версии 1973 года, которая так и не прошла до третьего чтения.

Хау, который умер в 2015 году, похоже, раскрыл роль согласия королевы - на которое ссылаются, когда министры полагают, что законопроект может повлиять на королевскую прерогативу или частные интересы короны - во время парламентских дебатов в 1975 году в ранее незамеченной речи.

«В отношении этого законопроекта, как и любого другого, советники королевы, как они это обычно делают, изучили законопроект, чтобы выяснить, содержит ли он, непреднамеренно или иным образом, какое-либо ограничение королевской прерогативы», - сказал Хау.

Хау выступил в парламентских дебатах во время скандала, вызванного утечкой высокопоставленных бумаг Уайтхолла в газету Morning Star. Утечка показала намерение правительства освободить Виндзорское богатство со счета компаний.

Это была большая сенсация для коммунистической газеты, но газеты не установили, лоббировала ли королева правительство, чтобы помочь скрыть свое богатство.

В то время Financial Times отметила, что «возможная мина для консерваторов была бы, если бы Букингемский дворец в 1973 г. выступил с инициативой, предложив исключить из законопроекта раскрытие информации о пакетах акций королевы».

Недавно обнаруженные документы раскрывают именно это. «По крайней мере, кажется очевидным, что представления со стороны короны были существенными для изменения формы законодательства», - сказал Адамс.

Когда The Guardian связалась с представителями Букингемского дворца, они не ответили ни на какие вопросы о лоббировании королевы с целью изменения законопроекта о компаниях или о том, использовала ли она процедуру согласия, чтобы оказать давление на правительство.

В своем заявлении официальный представитель королевы сказал: «Согласие королевы - это парламентский процесс, в котором роль суверена носит чисто формальный характер. Согласие всегда предоставляется монархом по запросу правительства.

«Требуется ли согласие королевы, решает парламент независимо от королевской семьи в вопросах, которые могут затронуть интересы короны, включая личное имущество и личные интересы монарха», - сказала она.
«Если требуется согласие, законопроект по соглашению передается государю для принятия исключительно по рекомендации министров и в качестве публичного протокола
».




Те, кто читает про Европу, также читают и про:



Показать еще ЗАГРУЖАЮСЬ... БОЛЬШЕ НЕТ. ПРОЧТИТЕ, ХОТЯ БЫ ЭТО
В Финляндии Lada Kalina переводится как треск, грохот и дребезжание. Поэтому они сменили название для этой страны на Lada 119